Я слышу голоса. Гомер
Я слышу голоса. Не в смысле, что я псих. А в смысле — я редактор и слышу голоса авторов. У меня целая коллекция — и авторов, и голосов.
Я долго занималась профессиональным переводом — устным и письменным. Там голос спикера/автора критически важен, даже если люди слышат в наушниках твой перевод или читают книгу словами, которые выбрал ты.
А когда ушла в контент, этот навык оказался золотым. Потому что здесь уже голос нужно переводить дальше: в буквы, текст, контент, репутацию, коммерческий актив. Нематериальная штука вдруг становится вполне материальной.
Возьмём для начала — нет, не Стива Джобса. Гомера. Его поэзия родилась в мире, где историю слушали, а не читали. Автор не писал в кабинете, а импровизировал на банкете, иногда прямо на улице.
И почти три тысячи лет спустя Гомер опять из всех утюгов. Бизнес не пожалел примерно $250 млн, чтобы снова воспроизвести эти истории и ждет, что проект не только окупится, но еще и даст прибыль. Почему Гомер? Что такого в его голосе?
Смотрите сами: Илиада, песнь 12, перевод Гнедича. Разгар битвы. Боги ругаются, кровь рекой, все орут, стонут, бегают, умирают. Кошмар.
Вот сцена гибели героя. Пика входит ему в правый сосок. Мы сегодня написали бы: “Он упал как подкошенный”. Всё. Что ещё надо?
Но Гомер уже отвлёкся, вспомнил (или увидел, сидя в каком-нибудь атриуме?) тополь: где тот рос, какой был гладкий и ровный, как и чем его срубил мастер, чтобы сделать ободья. И как теперь тополь лежит и сохнет. Герой погиб, а Гомер думает: “Кстати, отличный обод вышел бы”.
И на землю в пыль он свалился, как тополь,
Выросший в низменном месте, в средине широкой долины,
Гладкий и ровный, на самой вершине раскинувший ветки.
Мастер его колесничный блистающим срезал железом,
Чтоб на ободья согнуть для колес колесницы прекрасной;
Там на речном берегу распростерт он и медленно сохнет.
С тополем схожий, лежал Симоесий, от лат обнаженный
Богорожденным Аяксом.
У раненого Менелая течёт кровь по ногам — и Гомер опять отвлекается: на этот раз на женщин, которые красят слоновую кость пурпуром для конской сбруи (в том же атриуме?). Как красиво получается. Все бы такое хотели, но это только для царей! И вдруг вспоминает: ах да, Менелай. У него стройные бедра, красивые лодыжки…
Тотчас же черная кровь потекла из рассеченной раны.
Как для нащечников конских кариянка иль меонийка
Пурпуром красит слоновую кость и нащечники эти
В доме своем сохраняет; желало бы конников много
Их для себя получить; но лежит про царя украшенье,
Для лошадей красота, для возничих - великая слава.
Так у тебя, Менелай, обагрилися пурпурной кровью
Стройные бедра и голени вплоть до красивых лодыжек.
А когда Афина отклоняет от него смертельную стрелу, Гомер сравнивает её с матерью, которая сгоняет муху со спящего младенца.
Став пред тобою, стрелу она острую прочь отклонила,
С тела ее согнала, как в жаркую пору сгоняет
Мать надоедную муху со спящего сладко младенца.
Богиня, поле боя, лодыжки, гневный Аполлон орет на испугавшихся троянцев, муха, ободья — все складывается в большую эпическую историю.
Современный редактор все это выкинет. “Где фокус? Сколько раз говорить: один пост — одна идея? Эта мысль не двигает сюжет и не приближает к решению!”
Но голос Гомера как раз и построен на том, что он все время “уводит”. Увидел одно — в голове открылась боковая дверь в другой кусок жизни.
В этот военный эпос все время лезет живая жизнь с деревьями, женщинами, ремеслом, телами, детьми, мухами, красивыми мужскими лодыжками, сосками и пупками.
Гомер — человек, который не умеет пройти мимо детали. И держит он не фокус, а внимание. Разные вещи, между прочим.
В моей коллекции голосов Гомер — тот, кто мыслит большие мысли крохотными деталями. Мир заслуживает пары лишних строк, даже когда герой падает мертвым.
Канал «Цифровой денди» подключен к сервису MaxGate. Контент автоматически синхронизируется между Telegram и мессенджером MAX.
«Цифровой денди» - канал из категории «Технологии», подключенный к сервису кросспостинга MaxGate. Публикации канала синхронизируются между Telegram и мессенджером MAX, а на этой странице собраны ссылки на обе версии канала.
Сейчас у канала 767 подписчиков суммарно в Telegram и MAX. За последние 30 дней в истории MaxGate учтено 18 публикаций, поэтому перед подпиской можно оценить не только размер аудитории, но и регулярность обновлений.
Чтобы подписаться, используйте кнопки «Открыть в MAX» и «Открыть в Telegram» в верхней части страницы. У отдельных постов ссылка может быть доступна в обоих мессенджерах или только в одном из них, если MaxGate получил такой URL из истории обработки.
Новости фикшена для мальчиков
Почему мужчины XXI века вместо волшебного меча выбирает dashboard развития
Мальчики всегда хотели стать героями, а книги их в этом всегда поддерживали, начиная с простых историй про Колобка, Иванушку и даже Репку. Я хоть и не мальчик, но хотела быть Репкой, чтобы меня никто не мог вытащить. Потом, правда, поняла, что интереснее всего быть Мышкой.
Герой появляется в тот самый момент, побеждает дракона, спасает город, забирает принцессу + сокровище, уходит в закат.
Но буквально в последние годы появились супер-популярные жанры, которые наводят на мысль, что мужчины как-то больше не стремятся в герои.
Похоже, у них новая мечта: стать системой.
Возьмем Progression Fantasy — один из таких новых жанров. Никаких чудес. Герой — слабый и, можно сказать, лузер, никто его не выбирает и не зовет на подвиги. Он сам. Тренируется, проигрывает, тренируется, проигрывает.
Каждая глава — это не новый подвиг, а новый уровень как в видеоигре.
Не случайно этот жанр появился одновременно с культурой биохакинга, спортивных трекеров, ежедневных привычек, холодных душей и бесконечных приложений, которые считают серии без пропусков.
Современный мужчина все меньше верит в талант, все больше — в системную прокачку.
Раньше читателю было важно, кем герой окажется. Теперь все следят за тем, как именно он себя собирает.
Еще более подозрителен для девушек-принцесс другой новый жанр — Dungeon Core. Здесь вообще нет рыцарей, детективов, капитанов, волшебников. Главный герой — разумное подземелье.
Оно строит комнаты, расставляет ловушки, оптимизирует ресурсы, защищает ядро. Драконов здесь тоже не встретишь. Главное — построить систему, которая выдержит хаос.
Литература всегда была способом безопасно прожить чужую жизнь. И сегодня мужчины увлекаются романами-инструкциями о том, как построить систему.
Герой спасает мир один раз. А стратегическая система спасает тебя каждый день. Здесь мужчина получает уровни, характеристики, навыки, 360-фидбек, систему, дерево развития… Это уже не герой, а проект. Про принцессу ничего не сказано.
Вопрос: что делать девушкам? Кто прискачет на белом коне? В кого влюбляться? В систему?
Если хочется посмотреть, как это выглядит в живой природе, из переведённого на русский есть, например, цикл Мэтта Диннимана “Карл — обходчик подземелий”: уровни, навыки, характеристики, прокачка, бесконечный feedback loop.
А русская литература пошла ещё дальше — у Тайниковского есть целое «Подземелье Кинга», где герой буквально занимается строительством собственного подземелья.
“Свой человек” важнее целевой аудитории
По-английски близкого человека называют significant other — ”значимый другой”. У нас — просто “свой”. Разница не только в названии, но и в смысле.
Близкий человек у них — тот, кому можно рассказать, и он поймет.
Для нас “свой” — тот, кому не надо ничего рассказывать и объяснять, он поймет без слов. С ним “хорошо молчать”, как пишут в книжках.
Вы говорите ему:
— Что-то здесь не то.
А в ответ:
— Да, я тоже вижу.
Даже когда нужно что-то сделать или починить, мы ищем не просто “хорошего” человека, а лучше бы “своего”: у тебя есть свой врач/юрист/маркетолог?
Часто в наших клиентских головах происходит подмена понятий.
Профессионализм — способность хорошо выполнить работу.
«Свой» — способность понимать, что именно здесь и сейчас считается хорошо. Лучше сразу и без длинных объяснений.
Проблема начинается, когда такого понимания мы ждём от человека через 15 минут после знакомства. Но бывает, что просто случайно угадал, а мы уже решили: ДНК совпали.
Раньше мы примерно так и пытались стать “своими” для аудитории: определить ЦА, выбрать боли, составить контент-план, подобрать формулы — и писать, писать, писать. Если не бросать, должно сработать.
Теперь сто вполне приличных постов “для моей ЦА” можно произвести за пару минут.
А вот сделать так, чтобы человек прочитал пост и подумал: “О, наш человек!” — по-прежнему очень непросто.
Все меняется. На первый план выходит Я с большой буквы, а ца остается важной, да, но рядом и с маленькой буквы. Пост для моей ЦА можно сделать бесплатно за 1 минуту. Его ценность стремится к нулю.
А вот моё присутствие, по которому свои смогут меня узнать, одной кнопкой пока не собирается.
Значит, становится еще более ценным.
Один юрист и четыре разных канала
Листаю старые брифы проектов, с которыми работала.
Турагентство: «Умный, дружелюбный, немного ироничный, без канцелярита».
IT-стартап, SaaS, B2B: «Умный, дружелюбный, немного ироничный, без канцелярита».
Клиника эстетической медицины: «Умный, дружелюбный, немного ироничный, без канцелярита».
Плохая инструкция? Отличная. Всё ведь правильно. Кто же напишет: «Тупой, злой, пафосный и канцелярита побольше»? Дайте такую инструкцию ИИ — результат вас приятно удивит.
По моему опыту, даже при очень подробном брендбуке, всё равно главный вопрос остается: про что писать-то? Даже если у тебя в анамнезе 1,5 млн подписчиков и 8 лет контента. Все равно терзают смутные сомнения: как реагировать на новости, что если не зайдет, что там в трендах и у конкурентов, а оно нам надо?
А если сначала определить не голос, а роль, в которой эксперт выходит к аудитории? Возьмём одного юриста, но в разных ролях.
Юрист — гид по рискам: показывает предпринимателю опасные штуки, которые тот сам может не заметить.
Юрист — фитнес-тренер: прокачивает юридическую форму бизнеса: сегодня договоры, завтра персональные данные, потом доверенности, права, риски.
Юрист — адвокат дьявола: бросает вызов идеям — что может пойти не так? Где слабое место? Что вы не учли?
Юрист — детектив: мастер рассказывать истории-триллеры — как и где все сломалось, что проморгал адвокат, почему взломали аккаунт, а где уже «поздно пить боржоми».
У всех голос «Умный, дружелюбный, немного ироничный, без канцелярита». Но контент и даже аудитория будут разными.
Один показывает. Другой прокачивает. Третий испытывает. Четвёртый расследует.
При этом они вполне могут выполнять аналогичную работу. Но рассказывать о ней по-разному, в зависимости от собственных склонностей и темперамента. И это тоже можно назвать присутствием.
А присутствие, о котором мы говорили в опросе, это наш личный способ смотреть на происходящее.
И сразу становится понятно, про что писать и как реагировать на внешние вызовы. Или еще нет?
